Ярлыки

арабская парфюмерия (45) бюджетная парфюмерия (10) винтаж (58) виш-лист (1) вымышленные парфюмы (1) выставка (1) горький (25) Дзинтарс (4) запах книг (4) книги (2) кожа (55) косметика (1) кофе (29) Ладаника (8) личное фото (37) лучшие (4) любимые духи знаменитых людей (3) мед (47) натуральная парфюмерия (29) Новая Заря (10) Павел Ромазанов (1) парфюмерные хитрости (2) парфюмы из кино и сериалов (6) размышления и цитаты (9) рождественское настроение (25) российская авторская парфюмерия (27) свадьба (9) свежая зелень (12) Северное Сияние (3) сирень (15) снег (12) советская парфюмерия (13) трюфель (1) шоколад (50) языческие праздники (3) Abdul Samad Al Qurashi (6) Acqua di Parma (2) Ajmal (9) Al Battash (3) Al Haramain Perfumes (2) Al-Jazeera Perfumes (3) Alexander McQueen (1) Amouage (37) Angela Ciampagna (11) Ann Gerard (1) Anna Zworykina Perfumes (16) Anne Pliska (1) Annick Goutal (3) Antonio Visconti (13) Arabian Oud (13) Art Deco Perfumes (1) Atelier des Ors (2) Atkinsons (1) Aus Liebe zum Duft (1) Badgley Mischka (2) Balenciaga (2) Boadicea the Victorious (4) Bourjois (1) Brecourt (1) Brocard (17) By Kilian (4) Byredo (2) Cacharel (3) Cale Fragranze d’Autore (2) Carner Barcelona (1) Caron (17) Cartier (2) Carven (2) Catherine Deneuve (1) CB I Hate Perfume (3) Cesare Paciotti (1) Chanel (11) Chopard (2) Clive Christian (1) Comme des Garcons (5) Comptoir Sud Pacifique (3) Coty (5) Crabtree & Evelyn (1) Creed (3) D'Orsay (1) Dana (3) Demeter Fragrance (2) Dior (12) Diptyque (2) Dr. Gritti (8) Dzintars (3) Elizabeth Taylor (1) Ermenegildo Zegna (1) Estée Lauder (8) Etat Libre d`Orange (4) Etienne Aigner (1) Etro (4) Evody Parfums (3) Evyan (1) Faberge (1) Faina Glazyrina (1) Fendi (1) Floris (3) Francesca dell`Oro (7) Frapin (10) Frau Tonis Parfum (1) Frederic Malle (10) Fueguia 1833 (14) Galimard (1) Germaine Monteil (1) Giulietta Capuleti (4) Givenchy (10) Gres (1) Guerlain (37) Guy Laroche (1) Hermes (7) Herve Gambs Paris (2) Highland Lilac of Rochester (1) Hilde Soliani (2) Histoires de Parfums (1) Houbigant (3) Huitieme Art Parfums (3) Il Profvmo (1) Ineke (1) J.F. Schwarzlose Berlin (1) Jacomo (1) Jacques Bogart (1) Jar Parfums (1) Jean Desprez (1) Jean Patou (3) Jo Malone (2) Jovoy Paris (4) Judith Leiber (1) Juliette Has A Gun (1) Keiko Mecheri (2) Khalis Perfumes (1) Kiehl`s (1) Kinski (1) L`Artisan (8) L`Atelier Boheme (3) L`Erbolario (1) L`Occitane en Provence (5) La Maison de la Vanille (2) Laboratorio Olfattivo (4) Lalique (1) Lancome (5) Lanvin (3) Lattafa Perfumes (1) Laura Ashley (2) Laura Biagiotti (1) Le Galion (1) Le Labo (3) Lecmo (1) Les Liquides Imaginaires (1) Les Parfums de Rosine (1) LM Parfums (2) Lolita Lempicka (1) Loree Rodkin (2) Lorenzo Villoresi (2) Lostmarch (5) Lubin (1) Lush (4) M. Micallef (9) Mad et Len (3) Maison Incens (1) Maitre Parfumeur et Gantier (2) Majda Bekkali Sculptures Olfactives (4) Marbert (2) Marc de la Morandiere (1) Maria Candida Gentile (2) Masque Milano (2) MDCI Parfums (1) Memo (11) Mendittorosa (11) Mimmina (3) Molinard (2) Mona di Orio (12) Montale (20) Muelhens (1) My Perfumes (1) Naomi Goodsir (4) Nasomatto (1) Neela Vermeire Creations (1) Niki de Saint Phalle (1) Nimere Parfums (26) Nina Ricci (2) Nobile 1942 (1) O`Driu (1) Olfactive Studio (3) Paco Rabanne (2) Panouge (1) Pantheon Roma (2) Parfum d`Empire (17) Parfumerie Generale (18) Parfums de Nicolaï (1) Parfums Dusita (1) Parfums et Senteurs du Pays Basque (6) Parfums Sophiste (1) Partisan Parfums (1) Peccato Originale (5) Penhaligon`s (9) Perlier (1) Phaedon (2) Pierre Balmain (1) Pierre Guillaume Croisiere Collection (2) Pineider (3) Profumum Roma (14) Providence Perfume Co. (2) Puredistance (3) Queen B Perfumes (1) Ralph Lauren (1) Ramon Molvizar (6) Rania J. (3) Raphael (1) Rasasi (1) Reflexion (6) Reichenbach (1) Reminiscence (1) Robert Piguet (4) Rochas (2) Roja Dove (1) Santa Maria Novella (2) Sarahs - My Perfumes (1) Sebastiane (1) Section d`Or (6) Serge Lutens (49) Sevigne (1) SoOud (3) Strange Invisible Perfumes (11) Swarovski (1) Swiss Arabian (1) Syed Junaid Alam (1) Tauer Perfumes (7) Teo Cabanel (2) The Crown Perfumery Co (1) The Fragrance Kitchen (1) The Vagabond Prince (1) Thierry Mugler (10) Tiziana Terenzi (3) Tocca (1) Tokyo Milk Parfumarie Curiosite (2) Tom Ford (13) UER MI (4) Van Cleef & Arpels (6) Vero Profumo (3) Viktoria Minya (1) Wallpaper* STEIDL (1) Xerjoff (3) Yosh (1) Ys-Uzac (1) Yves de Sistelle (1) Yves Rocher (1) Yves Saint Laurent (6)

четверг, 28 апреля 2016 г.

«Magazine Street» Strange Invisible Perfumes: ветивер с карамелью



Невероятный. У «Magazine Street» две стадии раскрытия, как будто в одном флаконе два разных парфюма, два разных настроения.
В сердце - чудесный ветивер, каким-то невероятным образом сочетающий и сырую землистость, и пряные шоколадные ноты, и что-то такое, что сближает аромат ветивера с ароматом пачули. Когда аромат согревается, сквозь переливы ветивера проступает запах горячей карамели. Кажется, совершенно не сочетаемые ноты, но получилось нечто восхитительное, да еще с примесью кофе и корицы. И тончайшее дуновение цветочного аромата. Что-то вроде цветов лимонного дерева…


…Ранняя весна. Набережная. Сырой ветер и немного солнца. Прогулка: по уши замотавшись в шарф, но наслаждаясь ароматом весны-весны-весны… Уже от этого поднимается настроение, а потом нырнуть в тепло кафе-кондитерской, погреть ладони о толстостенную кружку с кофе, кофе с корицей, погрызть кофейные зерна в шоколаде, и – снова на воздух, туда, где все сильнее пахнет весной.


Но чем дольше аромат остается на коже, тем насыщеннее становятся пряные, сладкие и цветочные ноты. Ветивер тут по-прежнему главная тема, но сладость становится тростниковым сахаром, который я обожаю, а цветы – огромными томными магнолиями, у них запах сладкий, но с легким лимонным оттенком (с оттенком плода лимона, а не цветка). И фон – древесно-пряный, а не влажно сырой.
…Южный город (Новый Орлеан?), запах ветивера, кофе и магнолий, запах карамели и патоки, влажной земли и мускусный запах разгоряченного тела. И это тоже красиво, и это тоже приятно, и это совершенно не похоже на ту, первую стадию раскрытия.


Кстати, если нанести парфюм на ткань, можно подольше удержать набережную и сырой весенний ветер, и запах кофейни - а мне эта стадия раскрытия нравится больше.

Источники фото: DJLphoto.com, www.skyscrapercity.com, www.whitelotusaromatics.com

вторник, 26 апреля 2016 г.

«La Rose Jacqueminot» Coty: любимые духи Веры Холодной


Куст пышных роз, расцветший в заброшенном и заросшем осеннем саду. Горечь, холод и влага доминируют над сладостью цветов. Изысканный аромат, сложный. И грустный. Последние розы прошедшего лета... Франсуа Коти сумел уловить аромат именно последних роз, с отчаянием обреченного цветущих среди холодного мрачного сада, среди запаха мокрой коры и опадающих листьев. Роз, которые ластятся к редким солнечным лучам и трепещут под холодным ветром, но еще держатся, еще благоухают. И очень скоро эти розы станут  воспоминанием... Они уже почти в прошлом. Они знают об этом.


Роза у Коти нежная, сладкая, густо-душистая, такими бывают итальянские вьющиеся розы: внешне невзрачные, словно бы мятые, но густой, нежно-сладкий аромат разносится далеко... сначала чувствуешь аромат, потом замечаешь розы.
Розу с названием «Генерал Жакмино», давшую имя парфюму, я никогда не нюхала.


Почти на равных с розой в парфюме ощущается  аромат гвоздики. Причем кажется, что сразу и цветок, и пряность.
Фон — дубовый мох, очень горький, очень свежий, идеальный. И травы: точно – лаванда, причем холодная, остальные травы лично я не могу узнать, просто чувствую их свежесть и горечь.
Когда аромат раскрывается, ощущаются ноты фиалки и гелиотропа. И фиалка, и гелиотроп — сладковато-пудровые.
Но все вместе удивительным образом создает аромат осеннего сада. И гвоздика, и дубовый мох, и травы, и даже гелиотроп – все «играет на образ сада»…
Очень красиво. Очень необычно воспринималось бы даже сейчас... Современную версию - вернее, переиздание 80-х — я не пробовала. Очень хочу попробовать. Но дорого. Запредельно дорого. Потому что лимитка и уже мало где можно найти. Не могу себе позволить. Особенно если учесть, что не пробовала и не знаю, нужно ли на него истово копить, или – «La Rose Jacqueminot» из 80-х уже совсем не то…
На что похоже из современных? На гибрид «Nahema», «Jicky» и «Mitsouko». Все – только духи. И не совсем современные, а… Ну, хотя бы 80-х. А «Mitsouko» - старше, старше...
Сгустить, розе добавить сладости, а фону — горечи. И...
И все равно не то.

...Это были любимые духи звезды немого кино Веры Холодной. Моей любимой актрисы, о которой я написала книгу - еще в 1998 году. Моя книга о ней была первой. Хоть в чем-то я опередила других.

Я не знаю, какой возраст был у «La Rose Jacqueminot», которые мне когда-то шприцем капнули в пробирку. Я была в состоянии такого экстаза, что не обратила особого внимания на флакон. И я была еще неопытный парфманьяк. Ну, старый флакон, красивый, сплеш… Но главное для меня было, что это – духи Веры Холодной!
Ту даму я, к сожалению, давно потеряла из виду. Люди теряются. И как-то неловко искать – только затем, чтобы спросить, какого года были духи.
Вера могла обладать одним из вот этих выпусков:


Кстати, не только Вера Холодная любила эти духи.
Тэффи вспоминала о писателе Александре Куприне: «Любил духи «Роз Жакемино» до блаженной радости. Если надушить этими духами письмо, будет носить его в кармане без конца».


Утонченный эротоман Михаил Кузьмин любил эти духи, это был его аромат.


Федор Сологуб его за это слегка высмеял в стихотворении 28 декабря 1913 года... Бог мой, они не знали, на пороге какого ужаса стоит мир вообще и Россия особенно... В тот день в Санкт-Петербурге, когда готовились праздновать новый год…

Мерцает запах розы Жакмино,
Который любит Михаил Кузмин.
Огнём углей приветен мой камин.
Благоухает роза Жакмино.
В углах уютных тихо и темно.
На россыпь роз ковра пролит кармин.
Как томен запах розы Жакмино,
Который любит Михаил Кузмин! 


...Совершенно не понимаю, почему на рекламном плакате таких красивых, грустных, горьких духов - пышная развеселая дамочка? Уже тогда рекламу делали, не оглядываясь на продукт...


«Fair Verona» Strange Invisible Perfumes: зверь-жасмин


«Fair Verona» – горячий парфюм. Солнечный жар. Теплота земли, которая никогда не промерзала. Запах нагретой зелени. Это – в начале. А затем — совершенно великолепный жасмин. Натуральный, густой. И мирра, которой в этом парфюме много, кажется, дополнительно сгущает его, и превращает в некое благовоние не из нашего времени… Вообще,  кажется, что в одной капле «Fair Verona» всего избыточно много: много жасмина, много мирры, много зелени и земли, очень много мимозы, вернее, той акации, которая цветет желтыми пушистыми шариками, во Франции и в Италии растет вдоль дорог, пахнет весной и пудрой.
В этом жаре и избыточности есть что-то юное. Подростковая избыточность силы и чувств. При том, что сам аромат, густой и чувственный, никак не подходит для подростка, хоть я и считаю, что ароматы не делятся на предпочитаемые для определенного пола и возраста, просто надо найти свой аромат… 
Но «Fair Verona» — горячий запах.
Жасмин в нем обретает какие-то животные чувственные ноты.
Что-то из мира вакханок и фавнов.
Что-то от жесткой шерсти ягуара и его хищного дыхания.
Зверь из волшебной страны, страж Летнего Двора: облик ягуара, а жаркое дыхание пахнет жасмином.


Для меня «Fair Verona» не ассоциируется ни с Вероной, ибо розовая Верона, когда я туда приехала, благоухала розами. И для меня навсегда Верона – это розы.
Вообще, когда я делаю первый вдох с запястья, на которое я капнула из пробирки  «Fair Verona», мне вспоминается цитата из «Лолиты» Набокова:  «Когда же Петрарка безумно влюбился в свою Лаурину, она была белокурой нимфеткой двенадцати лет, бежавшей на ветру, сквозь пыль и цветень, сама как летящий цветок, среди прекрасной равнины, видимой с Воклюзских холмов…»
Летящий цветок… Сквозь пыль и цветень… Сквозь жар…
Так уж получилось, что Strange Invisible Perfumes нравятся мне все. Мне нравится, что в них ощущается воздух, пространство свежего воздуха… Не знаю, как лучше это объяснить, кто пробовал – тот поймет.
Но в «Fair Verona» есть еще и жасмин, и мимоза, и мирра, и солнце Италии. Для меня невозможно было его не полюбить.
А натурам нежным надо пробовать.
Жасмин здесь и правда зверь. Он может отпугнуть.
Второй из Strange Invisible Perfume, после умопомрачительной «Epic Gardenia», который мне хочется иметь, хоть немножко...

Картина: «A Bacchante» Arthur Wardle

понедельник, 25 апреля 2016 г.

«Prima Ballerina» Strange Invisible Perfumes: единственная, но прекрасная роза


Своей утонченностью и гладкостью «Prima Ballerina» напоминает что-то из парфюмерной "бессмертной классики", только не могу вспомнить, что: где была сольная партия розы?.. Впрочем, даже хорошо, что память не выдает что-то определенное.
А вот начало выдает современное произведение: приятный расслабляющий аромат гомеопатической аптеки, настои и сушеные травы, не ведьминские зелья, а именно аптечные, и явно из того раздела, где нервным предлагается успокоительное...
Роза среди этой аптеки расцветает внезапно. Живая роза, в полном цвету, без кислинки и без медовости, идеальная роза, свежая и чуть горьковатая. И очень, очень натурально звучащая. Под ее влиянием аптечный фон меняется - обратная прокрутка кадров - и вот уже вместо настоев и сушеных трав мы чувствуем аромат живого и свежего аптечного огорода. И он оказался на удивление красивым фоном для этой розы. У нее, конечно же, лепестки безупречной формы, и есть в ее аромате что-то серьезное и строгое.
Прима балерина? У меня иные ассоциации с балетом: это мускус и пудра, жар тела и трепет белоснежных пачек...
Впрочем, эта роза так совершенна, что могла бы заменить знаменитую рубиновую брошь Анны Павловой, которую она прикалывала на груди, когда выходила в образе "Умирающего лебедя". Брошь символизировала смертельную рану.


Если же не отвлекаться от основной темы: красивая живая роза с горчинкой, элегантный и деликатный парфюм, стойкий, с легким шелковистым шлейфом и... Неужели же это - натуральная парфюмерия? Не перестаю удивляться тому, что натуральное может быть так красиво, совсем как настоящие духи и совсем без примеси "нью эйдж", если вы понимаете, о чем я. Чистотой звучания отличается в лучшую сторону от современных парфюмов. А свежестью нот - от винтажей.
Кстати, существует сорт розы Prima Ballerina. Вот она. Но она розовая. А в парфюме мне чудится пунцовая или коралловая. И главное - с очень четкой формой лепестков. Впрочем, все это личное восприятие...

среда, 20 апреля 2016 г.

«Aus Liebe zum Duft No 1» Extreme Aus Liebe zum Duft: поддельный уют


Я понимаю, что они хотели создать: теплый замшево-древесный запах с кардамоном в верхних нотах, с чистым ароматом мыла и пудры, с благоуханием согретого дерева и нежными нотами молочной пенки на крепком чае с имбирем, и все это в парфюме есть. Есть деревянный домик в горах, камин, плед, чай с имберем, есть запах мыла и пудры, и много молочной пенки, и даже со временем появляется запах пряника с имбирем и кардамоном, но все это собрано из «ароматизаторов, идентичных натуральному», увы, увы.


Вроде бы, неплохой аромат, и все составляющие качественные, от них не першит в носу и нет этого колкого ощущения в гортани, как от запаха дешевых духов… Но – очень химия. Все составляющие настолько химия, пусть и хорошая.
Наверное, нужно истинное искусство парфюмера: химические составляющие так соединить, чтобы получился аромат, которым можно наслаждаться, не задумываясь о том, из чего вообще его сделали. В данном случае – я слишком сильно чувствую, что его сделали из хорошо пахнущих, но синтетических материалов, и самое страшное – мускус, вот этот пронзительный и плотный мускус, который сейчас почти везде, у лучших парфюмерных фирм, а я его совершенно не выношу.
На себе, по крайней мере. Со стороны он не так прискорбно ощущается.
Насчет extreme – ну да, вполне extreme, стойкость убийственная, как у качественных арабских ароматов.
Шлейф – метр точно.
Пробовать? Стоит. А вдруг для вас это будет чудесный уютный аромат, а не набор «ароматизаторов, идентичных натуральным».
…С пробиркой вообще получилось забавно: она фирменная, из магазина Вуксы, и я тщетно пыталась разобрать надпись на ней. Естественно, это оказалось невозможно, потому что «Ausliebezumduft» было написано в одно слово, невнятным почерком, и хорошо, что имелись какие-то указатели, вроде №1 и Extreme… Только так мы с подругой, одарившей меня пробирками от Вуксы, вообще поняли, что это такое. Она поняла. Она догадливее.




Источники фото: www.popularne.pl, www.hdbs.cn, www.fragrantica.com, www.pinterest.com

вторник, 19 апреля 2016 г.

«Castillos» Fueguia 1833: почувствуй себя бабочкой



Я не представляю, как из всего нескольких заявленных нот можно было создать такое ошеломляющее, такое живое, дышащее чудо, как одни духи могут в себя вбирать целый сад – и пристальное изучение каждого отдельного цветка, и утро, вечер и ночь, и дождь, и тропическую жару… Наверняка нот в них побольше, чем указанные: жасмин, тубероза и мате. Просто не может быть иначе.
Сначала  «Castillos» пахнет тихо, зелено и влажно, это утренний сад, и недавно был дождь, и аромат цветов еще не раскрылся полную силу, но уже чувствуется, зато свежо благоухает омытая листва, и кажется, чувствуется эта влага, тяжелые капли, падающие с глянцевых зеленых листьев.
Затем «Castillos» – словно минуя дневную жару – пахнет сразу влажно-душным вечером в тропическом саду, ароматы жасмина и туберозы сливаются воедино, в запах некоего сказочного тропического белого цветка, почти медовой сладости, и кажется, что ощущаешь, насколько плотное тепло окружает эти цветы.
Но главное еще впереди.
Главное – это ночь, которая наступает и в ароматном мире «Castillos»…
И вот тогда ощущается отдельно – головокружительный, чуть индольный, неистовый аромат южного жасмина, и странный, неописуемый, одновременно невероятно притягательный и слегка отталкивающий аромат настоящей туберозы – настоящей, не приглаженной для легкости восприятия, как в большинстве парфюмов! — и кажется, что видишь эти цветы «крупным планом», как макро-съемка, и даже белизна лепестков кажется не атласно-плотной, а словно бы чуть сахаристой, и видишь серединку цветка, как большую чашу, где таится та самая наркотическая сладость, ради которой слетаются к этим белым цветам ночные насекомые, и самой себе кажешься таким насекомым, жаждущим припасть к туберозе, к жасмину…


Ощущение феерическое.
Такое бывает в отрочестве и юности, когда все ощущается очень остро, все ощущается очень ярко. Не как в детстве, когда все вокруг кажется большим… Нет, именно как в отрочестве: когда все остро, как бритва, и ярко, как молния, и постоянно то режешь душу о впечатления, слова или строки, то ослепляешься увиденным красотой или ужасом, а среднего – нет…

Если у вас есть возможность попробовать «Castillos» – попробуйте.


Вообще, все парфюмы Fueguia 1833, которые я попробовала, это настоящие произведения искусства. Они очень нетипичны, очень непохожи даже на европейскую нишу, каждый – как парфюмерный этюд на какую-то тему, которую вообще-то не просто рассказать парфюмерным языком.

Из-за Fueguia 1833 я заинтересовалась аргентинской поэзией. Потому что мне казалось, что к таким парфюмам обязательно должны прилагаться стихи, причем так же глубоко чувствующие ценность и красоту мгновенья.
Конечно, у нас переводили мало.
Но я открыла для себя, например, Конрадо Нале Роксло.

Когда в чужую землю
придешь издалека,
не выясняя названий
ни птицы, ни цветка,
садясь в челнок, не спрашивай,
куда течет река.

Смотри в другую сторону,
не в ту, в какую все,
чтоб сад увидеть розовый
во всей его красе.

Веди беседу в кузнице
о горне, о коне,
а сам гляди, как угли
сгорают в тишине:
быть может, саламандру
увидишь ты в огне.

Придумай имя женское
поярче, позвучней.
«Кто видел эту женщину?» -
расспрашивай людей.
Вполне возможно, кто-нибудь
тебя проводит к ней.

Пускай в сосуде пусто,
но ты его пригубь:
порой скрывает тайну
непознанная глубь.

Твоя душа лазурна –
сквозь эту синеву
смотри на мир, чтоб сказку
увидеть наяву.


И еще, очень мне близкое:

Чтобы прекрасней и ценней
тебе казалось все, что рядом,
смотри на жизнь печальным взглядом,
как будто бы прощаясь с ней.


(Перевод Резниченко Владимира Ефимовича, если я все правильно поняла.)
(Фотографии: флакон - aromo.ru, бабочка - www.baixaki.com.br, цветы - источник не сохранила)

понедельник, 18 апреля 2016 г.

«Coromandel» Les Exclusifs de Chanel: шкатулка с шоколадом



Холодная ранняя весна - тот период, когда для меня лучше всего раскрываются все мои любимые творения Les Exclusifs de Chanel: «Cuir de Russie», «Bois des Iles», «Sycomore», «Chanel No 22» и «31 Rue Cambon», который у меня трагически кончился, но благодаря подруге хотя бы на эту весну есть 5 мл. И «Coromandel».
Наконец-то они, слишком нежные и эфемерные, как бабочки-нимфалиды с прозрачными крыльями, не способные полноценно существовать в холод и в жару, раскрываются во всей своей красе, во всем богатстве нот, и держатся на коже достаточно долго, так что мне остается только жадно дышать и наслаждаться!


Сейчас период ранней весны ненормально сократился. Кажется, февраль сразу переходит в май... Но пару недель, пока природу лихорадит — то тепло и первые листочки, то опять дождь со снегом, но воздух свеж, ветер влажен, и нет ни жары, ни холода, — у меня период Les Exclusifs de Chanel. Я ношу только их, я упиваюсь ими, и каждый день, даже если я собираюсь провести его в пижаме у компьютера, я чувствую себя нарядной.
Все эти ароматы — как вечерние платья из лионского шелка и кружева ручной работы. Легкость и роскошь.
«Coromandel» — наверное, самый стойкий в линейке. Чуть плотнее других. В темных тонах: шоколадные пачули, теплые древесные ноты, густая смолистая сладость бензоина и сладковатый курящийся ладан, ирисовая пудра, свежая и нежная… И чашка крепкого кофе с сахаром и корицей! В верхних нотах горьковатые цитрусы, апельсиновые цукаты и душистые восковые цветочки флердоранжа.
Шлейф – шоколад, весенняя сырость и ирисовый туман. Обожаю его шлейф…
Из всех Les Exclusifs de Chanel только «Coromandel» приближается к любимой мною гурманской теме в парфюмерии. Сладкий кофе и горький шоколад, и апельсиновые цукаты для меня в нем очевидны. Но все же он лишь приближается. Даже не балансирует на грани. Главную роль в нем все же играют пачули, дерево и смолы.


Деревянная шкатулка, в которой хранится шоколад, кофе, цукаты, ароматические смолы и всевозможные пряности, а вдобавок к ним пудра и цветы флердоранжа? Это был первый образ, который пришел мне, когда я в первый раз вдохнула «Coromandel»: шкатулка с шоколадом.
Но чем чаще я его ношу, тем лучше понимаю, что это что-то большее.
Целая комната сокровищ. Кабинет, обставленный в стиле chinoiserie. Множество вазочек, резных шкатулочек, ароматниц, привезенных с востока, источают экзотическое благоухание. На инкрустированной драгоценной ширме висит домашний халат из плотного шелка, вышитого хризантемами. На кресле — кашемировая шаль. На столе, среди писем, рисунков, набросков, — приоткрытая пудреница с тончайшей ирисовой пудрой, рядом – поднос: чашка горячего кофе, на блюдце — черный бельгийский шоколад и цукаты. В вазе — ветка с цветущего апельсинового дерева. Но сильнее всего пахнут халат и шаль. Пачули. Любимый аромат той, которая сейчас выйдет из ванной, накинет халат и будет пить кофе, рассеянно просматривая утреннюю почту.


Нет, она — не Габриэль Шанель. Ее руки тоньше и нежнее, колени более округлы, ступни миниатюрны, взгляд мягок и рассеян, у нее пышно разветвленное родословное древо, хорошие манеры и она немного жалеет, что не родилась раньше, чтобы застать Belle Époque, когда женщина ценилась за женственность, могла никуда не спешить и не ограничивать себя в лакомствах. Но увы. Моя героиня живет в другое время. Поэтому кофе хоть и с сахаром, но без сливок. И только горький шоколад. И возможно, сняв свой халат с хризантемами, она наденет костюм от Шанель, который в глубине души считает унылым на грани убожества. Она бы хотела наряжаться, как Женевьев Лантельм и Лилиан Расселл. 
Но — увы... Где прошлогодний снег?
И все же она тоже имеет отношение к богеме. Писательница или художница. Или менее известный модельер. Или, может она придумывает рисунки для ткани? Или создает шляпки?
Она – вымышленная героиня парфюма «Coromandel», а в этом пачулиево-кофейно-ирисовом аромате есть что-то сложное и утонченное…
Для меня это аромат из мира искусства.
Может, только для меня?
На самом-то деле это просто удачно обыгранные пачули... Все гениальное просто... И загадочно. Просто удачно обыгранные пачули. И сколько наслаждения, сколько образов, сколько красоты!


четверг, 14 апреля 2016 г.

«The Library Collection Opus X» Amouage: стена из роз и капля скипидара


Розы, розы, розы, много, бесконечно много, разных сортов, с разными оттенками аромата: в розарии идешь от одного цветка к другому, чередуя оттенки ароматов, а здесь они собраны все одновременно, они кружатся, меняются, переливаются, как цвета опала, но как и все цвета в камне, они присутствует одновременно, словно разом вдыхаешь розарий: невероятное чувство, к нему трудно привыкнуть.
Розы, пахнущие нежно, и розы, пахнущие почти пряно, розы с оттенком аромата лимона, клубники и малины, розы со сладковато-кремовым ароматом и розы с бледным ароматом зелени...


Розы свежие, цветущие, а за ними фоном – розовое масло, высочайшего качества, вот то самое, которое стоит очень дорого за крохотный пузырек, мне такое доводилось пробовать, оно пахнет не так, как болгарское розовое масло, оно пахнет концентрированной живой розой, оно – в сердце большинства аттаров Amouage, но создается ощущение, что в «Opus X» его очень много, целая волна розового масла.
И вспоминается из «Мастера и Маргариты» — великий бал у Сатаны – густая, прозрачная, розоватая волна розового масла, которой омывают Маргариту после того, как омыли кровью, и туфельки Маргариты из лепестков бледной розы, а больше всего – вот это:
 «В следующем зале не было колонн, вместо них стояли стены красных, розовых, молочно-белых роз с одной стороны, а с другой — стена японских махровых камелий. Между этими стенами уже били, шипя, фонтаны, и шампанское вскипало пузырями в трех бассейнах, из которых был первый — прозрачно-фиолетовый, второй — рубиновый, третий — хрустальный. Возле них метались негры в алых повязках, серебряными черпаками наполняя из бассейнов плоские чаши. В розовой стене оказался пролом, и в нем на эстраде кипятился человек в красном с ласточкиным хвостом фраке. Перед ним гремел нестерпимо громко джаз. Лишь только дирижер увидел Маргариту, он согнулся перед нею так, что руками коснулся пола, потом выпрямился и пронзительно вскричал:
— Аллилуйя!»


Иллюстрации к роману "Мастер и Маргарита" Данилы Жирова.

Но если бы в «Opus X» были только розы, даже самые роскошные и натуральные, это было бы не так интересно.
Согреваясь, аромат выдает другие ноты.
Тропическую сладость иланг-иланга, почти конфетную, причем нет ощущения, что одна из роз сладкая, лукумовая: это именно очень сладкий запах иланг-иланга.
Запах грубой дегтярной кожи.
Древесные ноты, даже странно, что в пирамиде нет палисандра.
Чуть солоноватая ноту уда, чувственная, телесная.
И еще что-то, что мне напоминает запах скипидара. Да, одна капля скипидара на целый бассейн розового масла. Причем именно скипидар, я хорошо знаю его запах, его использовал и мой отец в своих работах по дереву и использует мой друг-художник. В пирамидке указана олифа. Но у нее менее приятный запах, а аромат скипидара мне всегда нравился. Только я никогда не думала, что его так красиво можно обыграть.
Металла не чувствую, и слава богу.

Парфюм очень стойкий, особенно на ткани. Платок благоухал больше недели (может, смог бы и дольше, но я воспользовалась им по назначению, после чего отправила в стирку).
Невероятно красивый шлейф – нежная натуральная роза. За этим ароматом хочется идти, жадно выдыхая и закрыв от наслаждения глаза.

Один из тех редкостных ароматов, которые пленили меня с первого вздоха. Интересно, что это уже четвертый аромат Amouage, который так со мной поступает. До него были: «Ubar», «Memoir Woman» и «Memoir Man».

Про парфюм – все.
Дальше – личные ассоциации, бредни, которые я могла бы оставить при себе, и пишу уже в режиме не отзыва, а онлайн-дневника. Читать только сентиментальным, способным понять и простить чужую сентиментальность.


…Я не смотрела фильм «Красная скрипка». Но тема демонических музыкальных инструментов, особенно скрипок, мне близка, у меня был сюжет на эту тему… Только там скрипку, которая несла проклятье музыкантам, создала женщина, чтобы доказать, что она тоже может быть скрипичным мастером.
Не уверена, что «без подсказки» у меня с этим парфюмом проассоциировалась бы именно скрипка. Скорее – живопись.
Но достаточно было упоминания скрипки (и красивого оформления коробки), чтобы скрипичные ассоциации проявились во всей красе.


Бал у Сатаны? Да. Но не тот самый, который описал Булгаков.
Этот бал произошел много раньше. Самый конец XVIII века. Révolution française уже случилась. Многие из гостей являются на бал, держа в руках свои отрубленные головы. Однако изысканность и пышность на балу –  именно те, к которым привыкли аристократы, жившие до революции. Вот то самое, о чем Талейран сказал: “Кто не жил до 1789 года, тот не знает всей сладости жизни” (“la douceur de la vie”).
Среди гостей – сумасшедший скрипач. Убийцей он был или самоубийцей, неизвестно, но преступление он совершил из-за музыки. Может, при аресте у него пытались отнять скрипку, и он успел кого-то прикончить хлебным ножом прежде, чем убили его? А может, он повесился, потому что не стало благодарных слушателей, для которых он мог играть в нарядных благоухающих гостиных? Впрочем, преступление должно быть еще более серьезным, чтобы он удостоился приглашения на великий бал…
И теперь он никак не может настроить свою скрипку, никак не может извлечь из нее те прекрасные звуки, на которые – он знает! – она способна. Он злится все сильнее, кажется, сейчас разобьет скрипку об пол, в гневе растопчет… Он уже поступал так с ней, с тех пор, как в Аду оказался прикован к скрипке, как каторжник к тачке. Скрипка всегда восстанавливалась. И звала его нежным шепотом, уговаривала взять в руку смычок, провести по струнам… Он брал – но ему не удавалось сыграть так, как он играл при жизни. Ужасная мука!
Возле стены из роз он терзает свою скрипку, ярится и плачет, пока к нему не подходит королева этого бала. Традиционно ее зовут Маргаритой, но она моложе, добрее и нежнее той Маргариты, которая была королевой на балу в Москве. Она почти девочка, она оказалась здесь, потому что влюбилась в одного из пажей Сатаны, и пытается выхлопотать ему освобождение… Еще не зная, что он пытается заполучить ее душу в сонм грешных душ, ибо для него главное – служить своему властелину.
Маргарита успокаивает скрипача, стирает слезы с его лица, берет его за руки и унимает дрожь, и наконец он может вдохнуть полной грудью, почувствовать густой, умиротворяющий аромат роз, и наконец ему удается справиться со скрипкой: он играет для королевы бала, играет так, как играл при жизни. Все больше гостей подходят, чтобы слушать его музыку, замолкают другие оркестры, и скоро в огромном, бесконечном зале, полном аромата роз и чувственного запаха горячих тел, звучит только одна скрипка, поющая, как ангел, падший ангел…
С этого бала скрипач уйдет не обратно в Ад, а в новое рождение, где он снова станет музыкантом.
А Маргарита? Она погубит свою душу ради любви. И даже не заметит, как это случилось.
И мальчику, самому талантливому из учеников капельмейстера в одном из генуэзских соборов, будет сниться грустный взгляд юной женщины венке из роз на припудренных волосах, и толстая золотая цепь, охватывающая тонкую шею, и изображение черного пуделя, и страх, что не получится сыграть, и прикосновение ласковых рук, и запах роз, захлестывающий, как волна, успокаивающий, как ее прикосновения… Он никогда не сможет полюбить ни одну женщину. Он вечно будет мечтать о той, из снов. Он проживет прекрасную спокойную жизнь, преуспеет, отстроит на свои деньги больницу, будет бесплатно обучать музыке бедных детей, и в старости поселится в особняке с огромным розарием.
Розы станут его вторым – после музыки – увлечением.
И однажды ночью Маргарита наконец придет к нему во плоти, чтобы подарить один поцелуй, после которого скрипач уснет, чтобы никогда не проснуться…
Но на великом балу он уже не появится никогда, потому что на этот раз душа его не проклята.
И свою Маргариту, свою утешительницу, свою мечту – ее он тоже уже никогда не увидит.

воскресенье, 3 апреля 2016 г.

«Nevermore» Frapin: романтичный, готичный...


Ладан, незаявленный в пирамиде, соединяется с незаявленным табачным дымом, альдегидами, пряностями и древесиной, удачно воссоздавая аромат похорон в пасмурный день: каким-то образом, переплетаясь, все эти запахи дают натуральный аромат сырой земли, плодородной, напитанной погребенными в ней телами и осыпающими ее цветами, и влажной взвеси в воздухе (скоро дождь?), и свежеструганных досок гроба, и запах остывшего ладана, которым тянет из часовни, и могильщик курит потихоньку, дожидаясь, пока все попрощаются...
Потом на гроб падает роза. Одна, но очень нежная, свежая и ароматная. Следом за ней — еще и еще розы, их все больше, их благоухание пропитывает влажный воздух — но не может до конца скрыть запах земли, ладана и табака.
Так и остается: соперничество груды роз и свежей могилы.
Более готичный аромат и вообразить сложно.

"The Raven" by Gustave Dore

Причем назывался бы он даже не «Nevermore», а скажем – «Утро на курорте» или «Фея розовых марципанов» — он все равно вызывал бы именно такие ассоциации. Потому что прав Шекспир, и  «роза пахнет розой, хоть розой назови ее, хоть нет», а могила пахнет могилой... Хотя, быть может, у кого-то запах сырой земли и свежеструганной древесины и вызвал бы более веселые ассоциации. Но от ладана никуда не денешься. А он тут есть. Да еще и розы кто-то присыпал пеплом.
Должно быть, пеплом сожженных любовных писем.


Если абстрагироваться от образов: аромат полупрозрачный, но стойкий, с легким шлейфом, очень необычный, и хотя вся история в нем вращается вокруг роз и ладана, он радует такой приятной легкостью и свежестью – свежестью, лишенной кислоты цитрусовых и остроты зеленых нот! – прохладной свежестью альдегидов, которая, если бы не ладан и доски, напоминала бы о мартовской капели. И так нежны эти розы... и так отчетлив запах дождя и чернозема...


Еще один претендент на место в моей коллекции. Он очень мой и я бы его с наслаждением носила. Собственно говоря, я его вношу в список обязательных к приобретению.
Несмотря на изобилие роз, отличный аромат для мужчины. Немного в стиле Дориана Грея, но тем более привлекательно!

Кадр из фильма "Дориан Грей" (2009)

Однозначно не понравится тем, кто не выносит альдегидов.
А так же роз и ладана.


Рисунок в начале текста:  "Briar Rose" painting by Kamille Freske